Пси-кактус. Портал научной психологии. Статья "Использование психосемантического метода множественной идентификации для валидизации психодиагностических методик (на примере методики макиавеллизма)".

Использование психосемантического метода множественной идентификации для валидизации психодиагностических методик (на примере методики макиавеллизма)

В статье излагаются результаты валидизации шкалы макиавеллизма на территории Узбекистана с использованием психосемантической методики множественной идентификации. Текст данной статьи вошел в сборник материалов II всероссийской научной конференции "Психология сознания: современное состояние и перспективы", проходившей в г. Самара с 29 сентября по 1 октября 2011 года.

* * *

Проблема валидизации психодиагностических методик непростая и достаточно уязвимая с точки зрения критики задача. Различных вариантов валидности много: исследователей интересуют одни аспекты, практиков другие (Митина, 2011). В любом случае встает проблема найти валидизационный критерий и обосновать его выбор. Наиболее простой и распространенный вариант – использовать сходные показатели, измеряемые по уже известным методикам и устанавливать значимую корреляцию. Но в таком случае научная или практическая ценность новой методики становится сомнительной. Другой вариант – найти внешний критерий. Но по вопросу что им считать исследователи, как правило, не всегда приходят к консенсусу. Если измеряемая личностная характеристика и связанное с ней поведение не являются однозначно одобряемыми в общественном сознании, перед исследователями встает проблема доказательства достоверной валидности.

Предлагаемый нами метод не заменяет имеющийся в распоряжении психологов арсенал средств валидизации (Анастази, Урбина, 2002), но позволяет дополнить его и сделать эту процедуру более надежной. Речь идет о психосемантической методике множественной идентификации (Петренко, 1997). Респондентам предлагается оценить не только в какой степени они согласны с утверждением того или иного пункта валидизируемой методики, могут совершить описываемый в нем поступок, но и то, насколько такое поведение или мнение свойственно ключевым персонажам обыденного сознания индивида, имеющим различную коннотацию. Как правило это - мой (общественный) идеал и антиидеал, типичный представитель моего (противоположного) пола сейчас (в прошлом и в будущем), каким бы я хотел предстать в семье (на работе, перед друзьями) и т.д. Давая оценки не себе, а вымышленным персонажам, испытуемый, с одной стороны, проецирует свое отношение и истинное мнение, с другой - более откровенен. Опросив достаточно репрезентативную выборку мы можем косвенным образом также установить социальную желательность, востребованность, актуальность данной характеристики в общественном сознании, в соответствии с тем, в какой степени она приписывается положительным и отрицательным образам, себе лично и типичному человеку с улицы.

Данная методология была использована при валидизации шкалы макиавеллизма в адаптации В. Знакова (2001) на русскоязычной выборке в г. Ташкенте. Феномен макиавеллизма – склонность человека манипулировать людьми в межличностных отношениях (Калуцкая, Поддьяков, 2007) - привлекает внимание исследователей своей неоднозначной оценкой в общественном сознании (особенно у молодежи) от очевидного одобрения и желания выработать у себя данную черту (для достижения жизненного успеха) до полного отрицания, как безнравственного и аморального способа взаимодействия с людьми. В качестве респондентов выступили жители г. Ташкента - 128 человек (59 мужчин и 69 женщин) в возрасте от 13 до 73 лет (M=27,54; D=14,9). Участники исследования заполняли модифицированный по методике множественной идентификации опросник MACH-IV применительно к 9 ролевым позициям.

На первом этапе анализа мы сопоставили средние значения оценок по пунктам мак-шкалы, соответствующие каждой из ролевых позиций, в различных группах респондентов.

Гендерные различия в восприятии макиавеллизма

Мужчины и женщины имеют достаточно схожий образ реального «Я». Практически идентичен и образ их идеала. Отличительной чертой образа идеала у женщин является непринятие лжи: имеется значимое различие (здесь и далее: уровень значимости по критерию Стьюдента p<0,05) в оценивании пункта 7 мак-шкалы.

Этическая направленность суждений женщин о макиавеллизме проявилась и в оценивании пунктов мак-шкалы с позиции антиидеала и презираемого человека. Этим ролевым персонажам женщины в большей степени приписывали такие характеристики, как подозрительность, лживость и цинизм.

Примечательны гендерные различия в оценивании утверждений с позиции «Каким бы меня хотели видеть родители». В этом случае женщины выше оценивают значимость честности и стремления к моральному оцениванию своих поступков.

Вышеперечисленные факты согласуются с данными других исследователей (Richmond, 2001), свидетельствующих в пользу более выраженной нравственности в поведении женщин. Наряду с этим был выявлен ряд рассогласований, нуждающихся в особом осмыслении. Несмотря на превалирующую нравственную ориентированность, на нашей выборке выявлена склонность женщин значимо ниже оценивать свое согласие с высказываниями о смелости и доброй сущности людей с позиции «Я реальный». Возможно, это свидетельствует об избирательности суждений женщин о моральной неоправданности манипуляции (к примеру, такие манипулятивные техники как ложь и лесть, оцениваются негативно, в то время как скептическое отношение к доброй сути человеческой натуры не рассматривается как заслуживающее морального осуждения).

Возрастные различия в восприятии макиавеллизма

Молодые люди (до 30 лет), оценивая свой образ «Я», склонны выражать согласие с идеей о природной лености людей, в то время как зрелые люди (старше 30 лет), не признавая подобного цинизма, говорят о приоритетности таких ценностей, как честность и вера в доброту людей.

Различны представления людей разных возрастов об идеале и антиидеале. То, к чему стремятся молодые люди (признание приоритета скрытности и хитрости, циничное отношение к другим), расценивается как недопустимое людьми старшего поколения. С этим согласуются данные о противоречии образов уважаемого человека у молодежи и зрелых людей: налицо позитивное восприятие молодым поколением манипулятивных установок, противоположное мнению большинства представителей старшего поколения.

Все вышеизложенное отражает описанную другими исследователями картину снижения макиавеллистических установок с возрастом (Катунин, 2005).

Этнические различия в восприятии макиавеллизма

Преобладающими по численности национальностями в нашей выборке являлись узбеки и русские. Выявленные различия между данными национальными группами немногочисленны. Русские склонны с позиции «Мой идеал» более высоко оценивать честность, в то время как узбеки – гибкость в социальном взаимодействии, заключающуюся в возможности использования манипулятивных техник в ряде ситуаций. Согласуются с этим фактом и данные от национальных различиях в оценивании роли «Человек, которого я презираю». С этой позиции узбеки склонны выше оценивать утверждения о признании доброй сущности окружающих и о непринятии лжи, что может свидетельствовать, что с позиции узбекской культуры доверчивость и простодушие оцениваются негативно.

Нами были обнаружены различия в оценивании пунктов шкалы макиавеллизма с позиции «Каким меня желали бы видеть родители». Узбеки дают более высокие оценки утверждениям о порядочности высокостатусных людей, о присущей человеку смелости и о глупости преступников, попадающихся в руки правосудия. Это сочетание утверждений весьма неоднозначно: с одной стороны, по мнению респондентов, их родители хотели бы, чтобы они лучше относились к окружающим. Но в то же время налицо факт отрицательного отношения респондентов узбекской национальности к превалированию таких черт характера, как простота и бесхитростность.

На втором этапе анализа мы факторизовали матрицы усредненных ответов разных групп респондентов на пункты опросника MACH-IV по каждой ролевой позиции.
По результатам анализа в группах узбеков и русских были выявлены одинаковые по содержанию факторы (общее позитивное/негативное отношение к макиавеллизму и настороженность/доверчивость). Различия между группами касались лишь расположения позиций «Каким бы меня хотели видеть родители» и «Мой идеал» в психосемантическом пространстве (узбеки оценивали первую из позиций как наиболее полно символизирующую полюс «доверчивости», а русские размещали в соответствующей области координатного пространства роль «Мой идеал»).

Примечательными оказались особенности факторов, вычленяемых для половозрастных групп. У молодых мужчин наблюдалась четкая дифференциация макиавеллистических стратегий поведения и отношения. В то же время в группе молодых женщин большинство пунктов мак-шкалы объединяются единым фактором, относительно независимыми от которого являются лишь утверждения о недоверчивости. Это может говорить о более целостном восприятии макиавеллизма женщинами, возможно, обусловливающем более выраженную этическую окрашенность их суждений. Различия между зрелыми мужчинами и женщинами менее очевидны, но имеют ту же направленность.

Очевидна тенденция к более целостному восприятию макиавеллизма в период зрелости. Это может являться следствием трансформации представлений о манипулятивных установках, приводящей к пониманию того, что отношение к людям и реализуемые стратегии поведения тесно взаимосвязаны. Приходя к этой идее, человек может отказаться от используемой им ранее «политики двойных стандартов» (мысли о том, что можно быть нравственным человеком и неплохо относиться к окружающим, но при этом иногда реализовывать практические техники манипуляции для достижения своих целей). Это влечет за собой переосмысление прежних ценностей с более глубокой этической позиции, приводящее к отказу многих людей зрелого возраста от макиавеллистической философии.

Использование психосемантических методов валидизации опросника макиавеллизма позволило проанализировать эту характеристику как сложный социокультурный феномен. Выявление многообразия отношений респондентов к манипулятивным установкам с разных ролевых позиций, прослеживание специфики ценностного воспр O'K иятия макиавеллизма в общественном сознании дало возможность, с одной стороны, вычленить закономерности, совпадающие с данными предшествующих исследований (и тем самым указать на валидность методики на нашей выборке), а с другой стороны – выявить представляющие интерес новые эмпирические факты. Это подчеркивает эвристичность психосемантического метода как средства валидизации психодиагностических опросников и указывает на широкие перспективы его использования в дальнейших исследованиях.

Авторы: Горбунова А., Митина О. В.

Литература

Анастази А., Урбина С. Психологическое тестирование. СПб., 2002. 688 с.
Знаков В. Методика исследования макиавеллизма личности. М.,2001. 20 с.
Калуцкая И., Поддьяков А. Представления о макиавеллизме: разнообразие подходов и оценок//Культурно-историческая психология. М.,2007. С. 78-89.
Катунин Д. Половозрастные и гендерные особенности тенденции к манипулятивному поведению: Дис. … канд. психол. наук. СПб.,2005. 249 с.
Митина О. Разработка и адаптация психологических опросников.М.,2011.235 с.
Петренко В. Основы психосемантики. М.,1997. 400 с.
Richmond K. Ethical Reasoning, Machiavellian Behavior, and Gender: The Impact on Accounting Students’ Ethical Decision Making. Dissertation for the degree of PhD, 2001. 92 p.

Другие статьи, посвященные этой проблематике:

На нашем сайте Вы можете бесплатно пройти тест, выявляющий уровень макиавеллизма.